Петр Козьмич Фролов был интереснейшей личностью. Он являл собой довольно редкий тип умного, образованного человека, изобретателя, руководителя производства и при этом еще высокопоставленного чиновника. Но о нем, пожалуй, невозможно говорить, не сказав хотя бы несколько слов о его отце, Козьме Фролове. Потому что история отца и сына показывает, что, обладая умом, талантом, организаторскими способностями, можно было с самых низов добраться до самого верха даже в Российской империи, где с социальными лифтами, честно говоря, дело обстояло неважно.

Как все мы помним, Марк Изамбар Брюнель — это человек, который изобрел проходческий щит и впервые в мире с его помощью соорудил тоннель под Темзой. Позже этот тоннель стал частью также первого в мире лондонского метрополитена. Так вот, прославивший Великобританию Марк Изамбар британцем не был. Совсем наоборот — он был французом. Спасаясь от революции, он эмигрировал сначала в США, а уже затем в Англию. Своей новой родине изобретатель был настолько благодарен, что дал сыну весьма символическое имя — Кингдом (в переводе с английского — «королевство»).

Если подсчитать, фамилию какого человека чаще всего употребляют в быту люди всего мира, то, скорее всего, ответ будет «Уатт». Непонятно? Да Ватт же, Ватт! Единица измерения мощности, названная в честь английского ученого Джеймса Уатта. Вот уж поистине человек, обессмертивший свое имя!

Порой обидно читать биографии некоторых русских изобретателей. Вот Иван Иванович Ползунов. Гениальный самородок, из тех, на которых так щедра российская земля. Он первым, на несколько лет раньше Уатта, построил паровую машину. И несомненно, довел бы ее до ума, если бы не надорвался и не умер от чахотки. И что в результате? Машина Ползунова работала 43 дня, потом сломалась. Чинить ее было некому. Еще 14 лет она простояла без движения, а затем была разломана. Место, где она стояла, прозвали ползуновским пепелищем.

Фюльжанс Мари Огюст Бьенвеню был бретонцем, а для любого француза это уже характеристика. Гасконцы, как известно, гордые и воинственные, бретонцы же — стойкие и ужасно, ужасно упорные. Чем-чем, а упорством Фюльжанс Бьенвеню обладал в полной мере. Если бы не это качество, он бы не создал метрополитен в Париже.

В истории науки и техники всегда есть личности, которыми эта история как бы пренебрегает. Кто изобрел универсальный паровой двигатель и раскрутил промышленную революцию? Джеймс Уатт. Кто первым запустил паровоз в массовое производство и стал отцом железной дороги? Правильно, Джордж Стефенсон. Но между этими двумя великими изобретателями затеряны имена менее известных, но, возможно, ничуть не менее талантливых инженеров, чьи изобретения приближали прорыв в технике, сделанный Стефенсоном. Об одном из таких людей — Ричарде Тревитике — мы рассказали в прошлый раз.

Если у среднестатистического человека спросить, кто построил первый в мире паровоз, можно получить самые разные ответы. Возможно, вам назовут славное имя Джорджа Стефенсона. Русский человек, вероятно, вспомнит «братьев Черепановых», имея в виду отца и сына. Но вряд ли он скажет, что это сделал Ричард Тревитик, — скорее всего, он даже не знает такого имени. А между тем все верно: первый паровоз построил английский инженер Ричард Тревитик в 1804 году. Ранее он же построил паромобиль и паровой дилижанс — предшественник современного автобуса. Но обо всем по порядку.